Анализирую кейс об оскорблении, о котором узнала из интернетовской статьи. В самом деле, оскорбительно ли вынесенное в заголовок слово?

Сегодня расскажу коротенькую историю, иллюстрирующую нужность лингвистической экспертизы как вида деятельности. А заодно проиллюстрирую один частный, но очень показательный случай разграничения мнений и утверждений о фактах.

Выбирая эксперта, суду, следователю, адвокату или самому заказчику предстоит решить труднейшую задачу – о компетентности выбранного специалиста. Вот только понятие «специальные знания», повсеместно используемое в профильном законодательстве, нигде не разъясняется. Какие знания считать достаточными для того, чтобы быть лингвистом-экспертом? Как оценить компетентность конкретного специалиста? В общем, поговорим об образовании.

Недавно я делала своеобразный обзор чужого экспертного заключения. Что-то вроде рецензии, только «за кадром», сугубо для сведения адвоката. Этот документ натолкнул на мысль написать, какие признаки отличают лингвоэксперта-новичка.

Рассматриваю законопроект о судебно-экспертной деятельности и высказываю некоторые предложения. Да, неоднозначные, но такова моя позиция.