Что не так с методичкой МВД о «неуважении к власти»? Комментарий лингвиста-эксперта

Добрый день, уважаемые коллеги!

Когда ко мне попали сканы методички МВД о так называемом «неуважении к власти» (а точнее, что делать, если обнаружено подозрение на состав статьи 20.1 КоАП), я обнаружила некоторые любопытные положения относительно пределов экспертной компетенции. Однако, начав рассуждать, как-то незаметно вышла на одну из неочевидных болевых точек судебной экспертизы в целом…

Начиная с этой публикации, я буду делать аудиоверсию почти всех своих статей. Разве что кроме материалов в табличной форме,чек-листов или инфоргафики, если таковые  в дальнейшем появятся. Так что теперь вы сможете ознакомиться с новыми материалами «ЛингЭксперта», даже когда нет времени или возможности читать. Например, за рулём автомобиля, в метро, на пробежке и так далее. А для любителей традиционного чтения всегда будет текстовая версия.

Текстовая версия

В начале октября «Агора» распространила в Сети методичку МВД для следователей о том, как выявлять в интернете «неуважение к власти» и что делать потом.

В общих чертах о сути документа уже писала «Адвокатская газета», и я не буду останавливаться на этом. Важно, что в методичке любопытного для лингвиста-эксперта.

Ещё раз подчеркну, что это информация для следователей, а не для экспертов системы МВД. Очень бы хотелось узнать, как именно в ЭКЦ предписывают выявлять чисто лингвистические признаки «неуважения к власти». Но пока это остаётся тайной.

А в том алгоритме следственных действий, о котором я говорю сейчас, любопытно вот что. Получается, в системе МВД эксперт-лингвист должен установить не только собственно лингвистические факты (то есть имеется ли неприличная форма), но и «оскорбительный характер инф. [информации]». Хотя в устоявшейся экспертной практике считается, что факт оскорбления (и, соответственно, то, что информация имеет оскорбительный характер) должен устанавливать суд. А эксперт предоставляет, так сказать, доказательственную базу для этого решения. Соответственно, устанавливать оскорбительность – это выход эксперта за пределы компетенции.

И ещё в МВД эксперт, судя по этой бумаге, устанавливает факт «явного неуважения к обществу, государству и т.д.». Интересно, что же остаётся следователю, прокуратуре и районному суду? Просто заключение эксперта автоматически завизировать? 

Как раз факт «явного неуважения к обществу, государству и т.д.» — это то, что следует доказать для признания человека виновным. Но доказывать это почему-то будет эксперт-лингвист. На мой взгляд, это тоже выход за пределы компетенции эксперта.

Возможно, исключение здесь может быть только тогда, когда эксперт имеет юридическое образование, помимо профильного в той отрасли, на которой он специализируется как эксперт. Или какую-то переподготовку проходил. Словом, если у него подтверждённые документально знания в двух (или более) специальностях, одна из которых обязательно юридическая. Тогда, возможно, он может установить собственно факты нарушения права, то есть имели ли место оскорбление и «явное неуважение к обществу и государству». Например, на конференции лингвистов-экспертов в ИРЯ имени Пушкина в октябре 2019 года я услышала от коллеги историю, как один следователь из ФСБ намеревался стать экспертом-лингвистом в этом же ведомстве, просто пройдя внутриведомственную переподготовку по филологии. То есть теоретически в госучреждениях возможно, что эксперт имеет ещё и юридические познания.

Однако вопрос о двойной квалификации и объёме её применения очень болезненный и дискуссионный. И толком нигде не освещается. Да, по факту эксперт – это тот, кто имеет специальные знания, и именно в этом качестве они интересует суд. И по умолчанию предполагается, что у эксперта может быть только одна специальность (или хотя бы одна широкая сфера знания, как, например, филология, внутри которой возможна, по сути, работа по нескольким специальностям).

Но по факту на уровне государства не решён вопрос о том, может ли один эксперт проводить комплексную экспертизу (например, психолого-лингвистическую), если у него есть образование по обоим специальностям. Имеет ли право эксперт отвечать на правовые вопросы, если он ещё и юрист с дипломом?

Считается, что на оба только что заявленных мной вопроса ответ может быть только один – «нет, не может». Но считается это опять же по умолчанию. Эти важные темы необходимо законодательно отрегулировать, но пока это не сделано.

Вот и получается, что, просмотрев только один вполне конкретный документ, можно выйти на глобальные обобщения и нерешённый проблемы экспертной практики…

Изначально этот материал я разместила на портале «Праворуб» и получила немало откликов. Благодарю адвокатское сообщество за интерес к заявленной теме и существенные дополнения, которые я включила в эту статью.

Вы слушали Анастасию Акинину, лингвиста-эксперта, действительного члена Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, члена Союза журналистов России. Спасибо за внимание!

Аудиоверсия

 

Print Friendly, PDF & Email

Поделиться:

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *