Пара слов в защиту «Ёшкиного кота»

Аудиоверсия (10 мин.):

Текстовая версия:

В ноябре 2018 года Роспатент отказал предпринимателю из Йошкар-Олы (Республика Марий Эл) Николаю Одинцову в регистрации товарного знака «Йошкин кот». А позднее, в августе текущего года, это решение подтвердила и палата по патентным спорам. Об этом писали многие СМИ, и всё бы ничего, если бы не одно «но». Первоначальной причиной отказа Роспатент назвал то, что словосочетание «Йошкин кот» отсылает к известному в народе фразеологизму «Ёшкин кот», которое, по версии Роспатента, «относится к бранной лексике, представляет собой выражение любой эмоции, а также ругательство, безобразие, выражение недовольства, озлобления, в связи с чем противоречит общественным интересам и принципам морали». Что здесь не так?

 

Я решила рассмотреть этот кейс с разных сторон.

Сразу обращает на себя внимание странная формулировка: мол, идиома «Ёшкин кот» «относится к бранной лексике, представляет собой выражение любой эмоции, а также ругательство, безобразие, выражение недовольства, озлобления, в связи с чем противоречит общественным интересам и принципам морали».

Начнём с конца. Фраза «представляет собой выражение любой эмоции»? Ну и что? С каких пор эта функция воспринимается негативно и тем более вменяется в вину? Выражение эмоции (да, любой эмоции) — это как раз и есть основная функция фразеологизма, то, для чего он нужен. Эмоция, «запакованная» в устойчивую словесную форму, придаёт речи живость и образность, ёмкость, меткость и неповторимость. Фраза «Ёшкин кот» — фразеологизм. Вот как пишет о фразеологизмах Т.В. Матвеева, автор «Полного словаря лингвистических терминов»:

«Совокупность фразеологизмов русского языка – его фразеология – отражает исторический опыт народа, его национальное мировосприятие, наблюдательность, юмор. Фразеологизмы придают речи живость и выразительность, меткость и своеобразие. Высокая речевая культура немыслима без обращения к фразеологии как языковой сокровищнице» (Матвеева Т.В. Полный словарь лингвистических терминов. Ростов-на-Дону: Феникс, 2010, стр. 517).

Во-вторых, само по себе проявление эмоций – это норма для человека со здоровой психикой. Полагаю, это подтвердит любой психолог. Напротив, сейчас интернет переполнен страшилками о том, как опасно зажимать эмоции и учить этому детей. Особенно опасно «глотать» эмоции со знаком «минус», вроде гнева, недовольства, раздражения, разочарования.

На самом деле отслеживать надо не эмоции, а формы их проявления. Например, чтобы гневаться или возмущаться в рамках корректного общения, не переходя на оскорбления или агрессивные действия. То есть само по себе то, что в значении слова или фразы есть негативные оценочные коннотации, — не повод удалять слово из обихода и объявлять его противоречащим принципам морали.

В-третьих, а относится ли вообще словосочетание «Ёшкин кот» к бранной лексике, как на том настаивал Роспатент? Это самое важное. В  этом и состоит логическая ловушка всего обсуждаемого дела.

В словаре В.М. Мокиенко и Т.Г. Никитиной «Русское сквернословие. Краткий, но выразительный словарь» (М.: ОЛМА медиа групп, 2008) выражение «Ёшкин кот!» есть в статье, посвящённой лексеме «кот». Вот определение со строгим сохранением данных авторами стилистических помет:

«Ёшкин кот!Прост. Эвфем. Шутл.-ирон. То же, что Ёлкин корень!» (с. 121).

А «Ёлкин корень» — это «Прост. Эвфем. Шутл.-ирон. Выражение лёгкого недовольства кем-л., чем-л.» (с. 121)

Таким образом, «Ёшкин кот!» употребляется для выражения лёгкого недовольства. И, добавлю от себя, для выражения некоторого удивления, изумления, порой даже приятного. Выражение вообще довольно безобидное, весёлое, какое-то разбитное. Недаром помету «шутл.» лексикографы присвоили.

Пометы в данном случае необычайно важны: именно они подтверждают эвфимистический характер идиомы. А пометы «бран.» здесь нет, обращаю на это внимание специально. И вообще выражение «Ёшкин кот» мне встретилось только в одном этом словарике. Больше ни в одном словаре разговорной речи, жаргонов и тем более в словарях брани его нет. О чём-то это говорит…

Почему я обращаю особое внимание на отображённую в словарной статье эвфемистичность? Напомню, что эвфемизмами называются слова и выражения, которые перефразированно передают тот же смысл, что и другие слова и выражения, которые по каким-то причинам говорящий не хочет использовать. То есть функцию эвфемизмов можно в общем определить как «маскировку формы при сохранении смысла».

Исходные выражения, которые маскируются эвфемизмами, обычно грубые, бранные или даже нецензурные, то есть табуированные в повседневном общении. У той же Матвеевой сказано так: «Эвфемизм – нейтральное слово или выражение, которым заменяется другое – нетактичное, грубое, неприличное и потому с этических позиций неприемлемое». Например, «женщина лёгкого поведения» вместо «проститутка» или даже «б…дь» — самый что ни на есть показательный пример эвфемизма.

Но могут заменяться эвфемизмами и вполне себе обычные слова, чтобы смягчить общее впечатление, производимое высказыванием. Например, сказать «дама с формами» вместо «толстая» — это тоже эвфемизм. А ведь «толстая» — нисколько не грубое слово, по семантическим характеристикам вполне нейтральное, однако может восприниматься как обидное. Вот и заменяем эвфемизмом.

А теперь главное. Усвоив только что прочитанное, ответим для себя на вопрос: относятся ли эвфемизмы к бранной или нецензурной лексике?

Нет, конечно! Не относятся. В приводимой цитате из словаря лингвистических терминов прямо сказано: «эвфемизм – нейтральное слово или выражение». Нейтральное – то есть лишённое отрицательной или положительной смысловой окраски. А грубая, бранная лексика, нецензурные выражения – всё это вместилище резко отрицательных смыслов, помимо функции служить средством выражения возмущения. Потому они и бранные.

 ***

Вывод из цепочки рассуждений. Несмотря на то, что выражение «Ёшкин кот» находится в словаре под названием «Русское сквернословие», само по себе оно является нейтральным по эмоционально-экспрессивной окраске и по смыслу. Кстати, вообще-то в словаре «Русское сквернословие» не все слова (или, во всяком случае, не все значения многозначных слов) имеют бранный оттенок. Например, «кошёлка» в третьем значении – это пожилая женщина. Обидно – это да. Но что здесь бранного-то?

Следовательно, само по себе выражение «Ёшкин кот» к бранной лексике не относится. Оно используется, чтобы выразить лёгкое недовольство, зачастую в форме шутки, а ещё чтобы выразить некоторое удивление или изумление.

***

Продолжение истории с предпринимателем из Йошкар-Олы известна. Ему таки отказали в регистрации товарного знака, несмотря на ряд лингвистических исследований, доказавших отсутствие в самом товарном знаке «Йошкин кот» бранного смысла. Что словосочетание «Йошкин кот» не является бранным, понятно и неспециалисту: это порождение языковой игры, шутливое выражение, которое вызывает скорее улыбку, а не ощущение недовольства от соприкосновения с табуированным смыслом. И этот игровой элемент носителем русского языка прекрасно считывается. Тем более что в самой столице Марий Эл давно стоит памятник Йошкиному коту (с соответствующей надписью) – фигурка вальяжного весёлого котищи, довольного жизнью и собой. Так и тянет улыбнуться, глядя на медного мурлыку.

Снимок из архива редакции «Марийской правды».

Но вот что идиома «Ёшкин кот» не является бранной – сразу не очевидно. Теперь, я надеюсь, его семантика и функционал стали понятнее.

Кстати, в конечном счёте причину для отказа зарегистрировать товарный знак в патентном ведомстве назвали другую: неправомерно отдавать в распоряжение одного человека словесное обозначение, которое уже связано с городом в целом и в некотором роде стало одним из его символов. Мол, не надо приватизировать общественную интеллектуальную собственность. Что ж, такая формулировка куда более логична, чем отвлечённые лингвистические ссылки на то, что словосочетание «выражает любую эмоцию».

Анастасия АКИНИНА.

Print Friendly, PDF & Email

Поделиться:

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *