Слово «проститутка» сочли оскорблением. А на самом деле это…

Собирая новости в повестку дня для своего блога «ЛингЭксперт», я наткнулась на статью по теме «оскорбление». В одном  из сёл Саратовской области женщина в пылу гнева назвала знакомую проституткой. Та не стала вступать в полемику, а просто написала заявление в полицию. Дело возбудили по статье 5.61 КоАП «Оскорбление», несдержанную даму признали виновной и оштрафовали на тысячу рублей.

Вот и весь нехитрый сюжет.

Весь да не весь – с точки зрения лингвиста-эксперта. Приглашаю поразмышлять вместе.

***

Не устаю повторять, что для оскорбления ключевой признак – неприличная форма выражения. Да, высказывание может быть крайне обидным для адресата, может выставлять его в невыгодном свете перед людьми и заставлять испытывать чувство унижения, подчас едва выносимого.

Однако если нет неприличной формы, об оскорблении в правовом смысле говорить нельзя.

Можно ли считать слово «проститутка» неприличным? Уверена, что нет. В отличие от другого слова с тем же значением, начинающегося на букву «б». И могу доказать свою позицию.

Опять же напоминаю, что я придерживаюсь понимания неприличной формы, предложенной РФЦСЭ Минюста России в методических пособиях «Методика проведения судебной лингвистической экспертизы по делам об оскорблении» (2016 г., авторы Изотова Т.М., Кузнецов В.О., Плотникова А.М.) и «Семантические исследования в судебной лингвистической экспертизе» (2018 г., авторы Плотникова А.М., Кузнецов В.О., Саженин И.И.). Оба пособия изданы подгрифом РФЦСЭ.

Кроме того, мне импонирует подход к неприличной форме, который последовательно воплощает в работе и в просветительской крупнейший деятельности воронежский лингвист профессор Иосиф Абрамович Стернин. В сущности, взгляды методистов из Минюста созвучны взглядам воронежского профессора.

По классификации Минюста и Стернина неприличные выражения – это прежде всего матерная лексика и немного вульгаризмов, обозначающих физиологические явления и процессы, принадлежащие, в терминологии М.М. Бахтина, к «материально-телесному низу» (например, «ж…па», «заср…ц» и подобные).

Таких слов на самом деле весьма немного, они явно отталкивающие за счёт огромной внутренней экспрессии со знаком «минус» (то есть нарочито унизительные и конфликтные). И вот что крайне важно: эти слова используются, чтобы выразить оценку личности адресата. Не указать на факты в поведении адресата, а выразить отношение к нему как человеку.

Для методики Минюста, кстати, ещё важно, чтобы спорного слова не было в нормативных словарях. Нормативных – то есть обычных толковых, в которых указываются общеупотребительные слова литературного языка. Жаргонные слова и обсценная лексика (мат) в нормативные словари, конечно, не входят. Они находятся за пределами литературного языка, и для них есть словари узкоспециальные, тематические.

***

Теперь возвращаемся к нашей теме.

«Проститутка» в русском языке означает «женщина, занимающаяся проституцией». Это слово с указанным значением зафиксировано в толковых словарях (например, в Большом толковой словаре РЯ под редакцией С.А. Кузнецова). То есть оно вполне нормативно, и в прямом значении не имеет никаких помет (я имею в виду пометы вроде «вульг.», «бран.», «неценз.», указывающие на стилистическую принадлежность слова). Для переносного значения предусмотрена помета «разг.»: например, для метафорического описания беспринципной личности, которая  ради денег или других выгод готова отказываться от убеждений. Это переносное значение проигрывается в контекстах вроде «не журналист, а проститутка», «политическая проститутка».

Но в описанном мной случае с самарскими сельчанками слово использовалось как раз в прямом значении. То есть одна дама фактически обвинила другую в занятиях проституцией.

В обществе известно, что такое проституция как явление (регулярное оказание сексуальных услуг разным партнёрам за деньги). И, хотя это явление осуждается и с моральной точки зрения, и с правовой (как административное правонарушение), оно описывает конкретную деятельность, то есть характеризует факты.

То есть, называя женщину «проституткой», говорящий хочет указать на определённый факт: эта женщина торгует своим телом за деньги. Обратите внимание: говорящий не оценивает личность своей визави, он указывает на то, что в поведении визави можно подтвердить или опровергнуть.

Так что я делаю вывод, что слово «проститутка» не неприлично и, следовательно, под статью 5.61 КоАП «Оскорбление» не подходит.

Однако может подходить под статью 152 ГК «Защита чести, достоинства и деловой репутации» или статью 128.1 УК «Клевета». То есть как распространение фактических порочащих сведений.

Правда, есть один нюанс: для этих статей обязательна публичность. Соответственно, слышать (или читать) обидное именование должен не только сам адресат, но и кто-то ещё.

Надеюсь, этот небольшой лингвистический практикум был вам полезен. А если вопросы всё же остались, обязательно пишите комментарии.

Анастасия АКИНИНА,

автор блога «ЛингЭксперт», негосударственный эксперт-лингвист, член Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам, член Союза журналистов России.

Print Friendly, PDF & Email
0

2 комментария

  1. Роман А.

    Очень странно слышать от «эксперта» подобное заключение относительно того, что слово «проститутка» не является неприличным, а якобы, как я понял, может относится лишь к порочащим. А известно ли автору, что привлечь к ответственности в рамках реализации права предусмотренного ст 152 ГК РФ те за порочащие высказывания, возможно только в случае если это высказывание не является оценочным суждением и пр. (ПП ВС №3) таким образом , придерживаясь логики автора и принимая во внимание Постановление можно сделать вывод, что за произнесенное слово «проститутка» адресованное кому либо привлечь к ответственности не представится возможным в том случае если будет доказано, что данное слово выражено в рамках оценочного суждения ))) Хорошо, что большое количество лингвистов придерживаются иного мнения , а вместе с ними и судебная практика иначе страшно представить до чего бы мы дошли))

    0
    • Роман, а я ничего странного не вижу. Мне куда более страшной кажется тенденция переоценивать собственную значимость и возводить случайно брошенное слово в ранг великого оскорбления. Не зря в русском языке веками живёт пословица «Собака лает, а караван идёт». Она о том, что достойный человек, занятый достойным делом, не будет лишний раз отвлекаться на чужую глупость. Да, другое дело, когда идёт массированный «чёрный пиар» с целью потопить и растоптать человека и его дело. Но я лично не вижу причин засыпАть суды исками «по мотивам» бытовых склок. Теперь по поводу неприличности. Да, я убеждена, что это слово не неприлично — по тем критериям, которые описаны в добротной рабочей методике. В отличие от его синонима «б…дь». Но, к Вашему удовольствию, с января текущего года законодательные нормы оскорбления изменились. Теперь для понятия «оскорбление» важна не только неприличная форма, но и иная, противоречащая нормам морали и нравственности. Под эту вторую категорию столь активно защищаемое Вами слово вполне подходит. Надеюсь, Вас это вполне удовлетворит.

      0

Добавить комментарий для Роман А. Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *